Клинические формы одиночества

Эти формы состояния одиночества, по сути дела, должны рассматриваться в рамках психопатологии.

Такие переживания одиночества можно наблюдать у некоторых пациентов отделения неврозов с медицин­ским диагнозом «депрессия», либо кризисного стациона­ра, что значительно реже. Еще реже случаи обращения близких человека, испытывающего подобное одиночест­во, за психологической помощью на дому. Сам человек, переживающий такое одиночество, не обращается никуда, он практически «выключен» из жизни. Часто он даже не


может обслужить самого себя, плохо понимая или не по­нимая совсем, что происходит вокруг.

Согласно нашим наблюдениям, эти люди имеют (кроме прочих) медицинский диагноз «депрессия». Что в данном случае первично: депрессия или одиночество -вопрос больше медицинский, чем психологический. Психолог в данном случае если и оказывает какую-то по­мощь, то только в сотрудничестве с психотерапевтом и психиатром.

Клинические формы одиночества могут быть обус­ловлены несколькими причинами: запредельным отчуж­дением, запредельной идентификацией или резким огра­ничением действия обеих тенденций, практически их оста­новкой. Последнее получило номинацию - астеническое одиночество.

Психологическим механизмом астенического оди­ночества является резкое ограничение действия механиз­мов идентификации и обособления. Это может быть след­ствием отсутствия психологической помощи при отчуж­дающем, диффузном и диссоциированном видах, то есть их углубления, а может иметь самостоятельный генезис, обусловленный чаще всего врожденной психической па­тологией.

Движение есть жизнь, в мире все движется, изменя­ется, потому и существует. Законы диалектики распрост­раняются на все сферы бытия, в том числе и на психичес­кую жизнь. Поэтому рано или поздно диффузное, отчуж­дающее или диссоциированное одиночество могут распространиться на всю психическую жизнь, отсоединив человека от социума. В символическом «качании» субъек­тивного «Я» от идентификации к обособлению и обратно переживание астенического одиночества сопряжено с не­подвижностью маятника, находящегося в вертикальном положении. Оба крайних вида одиночества, не ушедшие



104.


7 Зак. 44



от социума до конца, могут влиять на неподвижность ма­ятника «слева» и «справа», еще более это касается диссо­циированного вида, так как он сопряжен с предельным действием психодинамических тенденций.

Для удержания маятника в крайних позициях «идентификация» или «отчуждение» необходимо опреде­ленное напряжение, которое требует обеспеченности его психической энергией (вероятно, типа Ид). Когда такая энергия перестает поступать, например, в результате бло­кирования какими-то защитными механизмами, душев­ные силы человека истощаются, «маятник» практически останавливается. Если же эта позиция не принята челове­ком как возможность «отлаживания» нормального хода «часов», то есть как необходимый в данном случае «от­дых», этап внутреннего переосмысления, то следующей фазой может стать депрессия и психическое заболевание.



Клинические формы одиночества следует оцени­вать, по меньшей мере, как пограничные состояния, хотя наши наблюдения говорят о том, что они больше походят на собственно патологию.


klinika-ekssudativnogo-plevrita.html
klinika-hronicheskogo-holecistita.html
    PR.RU™